ПАМЯТНИКИ И ОБЩЕСТВО

Всплеск гражданской активности в годы перестройки, когда общество пыталось самостоятельно защищать отдельные памятники, сменился десятилетиями невозможности каких бы то ни было защитных общественных действий в отношении культурного наследия. Судьба памятников оказалась в руках авторитарной власти, разом сменившей главные культурные ориентиры, или частного владельца, стремящегося к извлечению максимальной прибыли при минимальных затратах. Была сведена к нулю общественная значимость таких организаций, как Союз архитекторов и Союз художников, которые стали в еще большей мере, нежели при СССР, придатком государственной машины (собственно, Союз художников был трансформирован в Академию художеств, которой был придан статус министерства). Помимо этого были фактически ликвидированы институциональные экспертные рабочие группы, занимавшиеся охраной памятников, распущен Научно-исследовательский и проектный институт реставрации, деградировали реставраторские школы. Неудивительно, что в этом контексте разрушение памятников существенно ускорилось. Многие памятники советского времени, которые в свете новой идеологии выглядели «подозрительно», намеренно разрушались или «реконструировались» до неузнаваемости, а существенное количество средневековых памятников, включая золотой фонд архитектуры XIV-XVII вв., поглощалось новоделом непрофессиональных реставраторов вследствие желания власти представить средневековое наследие более впечатляющим и импозантным. 

В последние три года ситуация изменилась в одном, но существенном отношении. Хотя система государственной охраны памятников не стала более прозрачной, общество получило возможность поднимать вопросы, связанные с судьбой памятников, в СМИ и социальных сетях. Эти изменения можно назвать скромными в сравнении с тем, каковыми они могли бы стать, но существенными, если сравнивать сегодняшнюю ситуацию с десятилетиями тотального вынужденного отсутствия общественного голоса. Признавая и то, и другое, нам следует расширять масштабы и формы общественного давления на власть с тем, чтобы последняя предоставила обществу контроль за принадлежащим ему культурным наследием. Независимые историки архитектуры, искусства и культуры могли бы сыграть в этом процессе не меньшую роль, нежели заинтересованные активисты.